20 лет Дому Дружбы: об истории Ассамблеи народов Татарстана и принципах ее деятельности читайте в специальном интервью руководителя национально-культурной автономии казахов РТ Сагита Джаксыбаева

(26 ноября 2018) Руководитель национально-культурной автономии казахов РТ Сагит Джаксыбаев дал специальное интервью в котором рассказал об Ассамблее народов Татарстана, ее истории и современности.

- Не могли бы вы подробнее рассказать, как вы работаете с органами власти? Обсуждали ли вы какие-нибудь законопроекты?

- Краткий исторический экскурс про то, как я лично пришёл в это движение. Я учёный, кандидат технических наук, у меня научная лаборатория. Некоторое время назад я ушёл на пенсию по основной работе, а в общественной жизни я продолжаю активно работать. В 1991 году было очень острое время для Татарстана и России. Время, когда ломалась формация, заканчивался Советский Союз, начиналась Россия, непонятно какая. В Чечне, вы знаете, к чему это привело. В Татарстане не было до такой степени острых противоречий, но, всё-таки, сильные противоречия были. Все хотели независимости, свободы. Даёшь независимость! Даёшь независимый Татарстан с членством в НАТО! Вплоть до такого доходило. В это время была инициатива Шаймиева, я так полагаю. Он предложил созвать Съезд народов Татарстана. Первый Съезд был созван в 1992 году. К этому времени в Казани действовало девять общественных национальных объединений. Казахи, немцы, азербайджанцы, башкиры, чуваши, марийцы… Власти обратились к нам, чтобы мы приняли участие в подготовке этого Съезда. Мы с удовольствием откликнулись на это и активно участвовали в этом Съезде.  Съезд прошёл с участием Президента и властей Татарстана, коренных народов и диаспор. Было объявлено, что Татарстан это многонациональное государство, где каждый народ имеет одинаковые права на сохранения своего языка, традиций, культуры, обычаев. Власти должны были содействовать этому. Это примерно те же идеи, которые потом были заложены в 1996 году в Законе о национально-культурных автономиях. Т.е. эти общие принципы были публично объявлены и это, в определённой мере, помогло снизить накал борьбы за независимость. Народ успокоился. По решению первого Съезда была создана Ассоциация национально-культурных обществ Республики Татарстан, АНКО РТ, в 1992 году она была зарегистрирована в Минюсте. Практически с самого начала я был руководителем этой организации, и мы начали работать. Что это значит? Это же общественная организация. Для нас было важно обозначить своё присутствие в Татарстане. Чтобы мы могли изучать свой язык, соблюдать свои традиции, обычаи. И, в общем то, это мы потихоньку делали. Но нам нужна была поддержка и реальная материальная помощь властей. Мы начали обращаться к властям с просьбами. В Министерство образования, по поводу языка, в Министерство культуры, по поводу проведения национальных праздников. Позже в 2000-х годах мы даже заключили соглашение с Министерство внутренних дел, потому что были всевозможные недоразумения, конфликты членов национальных общин, особенно мигрантов, наших земляков. Мы не могли молча смотреть, как против приехавших узбеков строились козни. Допустим, работал человек на стройке, а ему деньги не заплатили или в милицию забрали под каким-то, по нашему мнению, неблаговидным предлогом и т.д. Были всевозможные конфликтные ситуации, и МВД пошло к нам на встречу, мы начали совместно обсуждать эти проблемы. Время от времени собирались и решали проблемы. Что касается МВД, это интересный момент. Позже, в начале 2000-х годов приехал Дашдамиров, известный азербайджанский учёный, член Всероссийского Конгресса азербайджанцев. Я его первым делом повёл к помощнику Министра внутренних дел. Он потом рассказывал: «Я приехал по делам национальностей, узнать, как живут азербайджанцы, а меня повели к помощнику Министра внутренних дел. Поговорив, я понял, что именно сюда и нужно идти в первую очередь».

Потому что первая проблема азербайджанцев, это проблема взаимоотношений с силовыми структурами. По крайней мере, это самая острая проблема. Министерство образование может класс не открыть, а Министерство Внутренних дел это силовая структура, оно может каким-то силовым способом воздействовать. Вот таким комплексом вопросов занималась Ассоциация национально-культурных обществ. Начиная с 1997 года, нас даже включили в бюджет Республики Татарстан, стали давать нам небольшие средства, которые мы использовали для выпуска журналов, книг, проведения различных национальных праздников. В 1999 году был открыт первый Дом дружбы народов. (показывает фотографии) При этом денег мы не платили, а там работали штатные сотрудники, которые получали жалование от государства. Государство полностью поддерживает наше движение, это не слова, это реальность. Мебель, компьютеры, людей нам дало государство. Мы пришли, мы попросили, мы сказали, что так надо (смеётся), они с нами согласились. Потому что это, грубо говоря, дешевле, чем потом усмирять недовольных людей. Мы, естественно, не предъявляли никаких ультиматумов, но мы терпеливо, долго, а быстро никто не соглашался нам помогать, объясняли. У нас хватило терпения, настойчивости просить, убеждать помогать нам, вместе работать на благо мира в нашем многонациональном родном доме. Это не высокопарные слова. Я не политик, не чиновник, я общественный работник. Три принципа мы «родили» и считаем, что они сыграли основную роль.

Первый принцип – мы вне политики. Национальные проблемы очень тонкие в человеческом плане. Политика работает достаточно грубо, не всё координирует, и может выйти из под контроля.

Мы вне религии. Религия это право каждого человека, но мы, как общественная организация, религиозными проблемами не занимаемся. Допустим, сейчас месяц Рамазан и к нам обращаются, чтобы (продемонстрировать) дружбу всех мусульманских народов. Нас не устраивает дружба мусульманских народов, нам нужна дружба народов вообще. Понятно, что в месяц Рамазан нужно работать с мусульманским (населением), это правильно и нужно. Мы не против, и участвуем частным порядком. Но, как общественная организация, у которой есть свои высокие первоочередные цели, мы вне религии. Мы будем добиваться дружбы всех народов.

Один народ – один голос, казалось бы простая вещь. Когда мы начинали работать, делить деньги, бюджет, чуваши говорили: «Нас сто тридцать тысяч, мы на третьем месте». А для нас каждая культура, каждая традиция имеет одинаковый вес, одинаковое значение. Сто тридцать ассирийцев для нас также ценны, как сто тридцать тысяч чувашей.

Вот эти три принципа заложены в основу нашей деятельности, и мы неукоснительно соблюдали их. Очень строго относились к этому.

Журнал мы выпускаем, портал у нас есть, (присутствуем) в информационном мире. Мы считаем, что в Татарстане создана модель решения этнокультурных проблем. В основу положены действия национально-культурных общественных организаций. Они проводят свою работу с помощью государственных структур, есть методисты, материальная база для проведения этих работ. Для нас демонстрация нашей культуры, песни, пляски  это только небольшая часть работы. Все наши проблемы мы ставим на повестку дня, все проблемы, которые возникают, мы решаем.

- Какие самые важные вопросы вы обсуждали с органами власти?

- Создание многонациональной воскресной школы. Взаимоотношения с силовыми структурами. Это, скорее всего, на первом месте. Силовые структуры должны по справедливости относится ко всем членам национальных общин. Скажем, были такие ситуации, когда полицейские приходили в мечеть в месяц, когда был пост, и заставили подозреваемого узбека или таджика пить воду и т.д. Была создана комиссия, это расследовалось, и сотрудники полиции были уволены из органов за то, что они себе позволили. Этого уже достаточно, чтобы было внимательное отношение к проблемам людей другой этнической группы.

- А были случаи, когда вы обсуждали законопроекты?

В 1996 году был принят Закон о национально-культурных автономиях. В основу этого закона были положены идеи таких людей как Вячеслав Александрович Михайлов, Рамазан Гаджимурадович Абдулатипов, Валерий Александрович Тишков. Мы их считаем нашими консультантами. Они постоянные авторы в нашем журнале «Наш дом Татарстан». Это люди, с которыми мы советуемся, которых считаем большими специалистами. Они все бывшие министры по делам национальностей. (показывает журнал) Для нас это высшие эксперты. Нельзя так говорить, но мы на них как на богов молимся. Потому что, по моему мнению, когда очень много людей занимаются проблемами межнациональных отношений, это тоже не правильно. Это очень тонкая проблема, и допускать до её решения, серьёзного обсуждения любого человека нельзя. Здесь должны быть чистые человеческие качества. Очень много в мире войн из-за межнациональных отношений. Одно неосторожное слово может вызвать очень большие конфликты.

Это вот одна из работ нашей общины. Тоже важная вещь, серьёзная работа. До этого нужно дойти, чтобы город прислушался к тебе.

- Какие самые важные решения были приняты вами через Ассамблею народов Татарстана?

Есть два блока важных проблем. Первое, построена площадка для конструктивного сотрудничества со всеми властными структурами. Мы на равных разговариваем с ними, обсуждаем наши проблемы. Нас слушают, что-то удовлетворяется. И второе, создана серьёзная материально-техническая база для деятельности национальных общин. Огромное здание, средства коммуникации, материалы, библиотеки. Создан журнал, в котором мы освещаем нашу деятельность. В интернете работает портал Ассамблеи. Теперь от нас зависит, как мы будем работать. Переименовывать улицы (смеётся), учить своих детей родному языку, танцам, песням.

- Можете ли вы привести примеры сотрудничества с органами власти? Какие вопросы вы обсуждали, какие были приняты решения?

У нас есть официальный договор, подписанный в 2000 году, между нашей Ассамблеей и Министерством внутренних дел. Позже к этому договору подключилась Федеральная миграционная служба, Наркоконтроль, Федеральная служба безопасности, Министерство труда и занятости, потому что миграционные проблемы решаются через него. Может я сейчас не всех вспомнил, но девять министерств подписало. Мы, как минимум, ежеквартально проводим круглые столы, на которых они (министерства) рассказывают нам на наши проблемы, что узбеки совершили какие-то правонарушения, а узбеки указывают на то, что милиционеры очень грубо обошлись с нашими людьми и т.д. Я «на пальцах» объясняю, но те проблемы, которые возникают, мы в открытую обсуждаем и принимаем какие-то протокольные решения. Это сложные проблемы, но они не повисают в воздухе, мы вслух их обсуждаем и принимаем решения.

- Какие решения, например?

Вплоть до решения об увольнения сотрудника полиции за то, что он позволил себе какие-то неправомерные действия. Выносились предупреждения, но были случаи, когда и увольняли.

- Сколько казахов живёт в Татарстане?

Казахов немного, по всему Татарстану где-то полторы тысячи, они дисперсно проживают. По разным причинам они сюда попали. Сейчас стало увеличиваться число студентов, сейчас их здесь учиться около 1700.

- Когда вы создали национально-культурную автономию?

Закон вышел в 1996 году, а в 2001 году мы преобразовали общественную организацию казахской общины «Казахстан», созданную в 1991 году, в национально-культурную автономию.

- Какие преимущества имеет НКА по сравнению с другими общественными организациями?

Закон о национально-культурных автономиях специально создан для этнических сообществ, отражает все основные проблемы, которые возникают. Ты имеешь право создать такую организацию, государство обязуется оказывать содействие в решении твоих проблем, ты можешь создавать школы, выпускать газеты и т.д. Специфические этнокультурные вопросы прописаны в законе. А в Законе об общественных организациях лишь общие фразы.

- Вы считаете, что Закон реализуется (на практике)? К примеру, открылись ли школы?

Вот воскресная многонациональная школа, вот здание, в котором мы живём. Всё реализовано, в Татарстане, по крайней мере. Я не могу похвалиться, что по всей России это сделано. Не везде это сделано, но и условия не везде одинаковые. Межэтнические проблемы очень сложные, играет роль человеческий фактор. Скажем, в Карелии в Кондопоге был трагический случай, подрались, трагедия была. Я не вижу способов предотвращения таких единичных случаев. Нужно постоянно заниматься этой проблемой, разъяснять терпеливо на протяжении десятков лет. Выпустив закон, проблему не решить. Межэтнические отношения формируются различными факторами. Это очень тонкая материя, какими-нибудь неосторожными фразами, высказываниями можно породить межэтнический конфликт, который долго будет кровоточить.

- Другие казахи, которые живут здесь, обращаются к вам со своими проблемами?

Обращаются, если какие-то проблемы возникают, но это, как правило, мигранты. К примеру, если потерял документы, не может выехать и т.д. В Миграционной службе есть специальный изолятор, где содержаться незаконно находящиеся (в России) иностранные граждане. Мы и им помогаем.

- Это интересно, потому что в других регионах России часто НКА не занимаются этими вопросами. Они проводят праздники, фестивали, занимаются только вопросами культуры.

Да, я знаю. Я этим занимаюсь двадцать с лишним лет. Прозанимавшись десять лет, я сказал, что НКА это не площадка для танцев и песен. Песни и танцы должны быть, вопросов нет, но это небольшая часть нашей работы. Властным, чиновничьим структурам важно показать, что люди живут весле и дружно. Для них песен и танцев достаточно. Они, может быть, не понимают, что люди поют-поют, а потом драться пойдут.

- А были случаи, когда разные люди хотели создать автономию, ведь по закону в одном регионе может быть только одна НКА?

Это очень сложная проблема. Я говорил про наши три принципа: мы вне политики, мы вне религии, и один народ – один голос. Мы не допускаем создания параллельных структур. Это жёсткий принцип, который ми свято соблюдаем. Просим людей, чтобы они договаривались, ведь они хотят заниматься одними вещами, хотят изучать язык, культуру, традиции, обычаи. Иначе они не смогут жить в нашем доме, быть в нашей семье, выпускать свои газеты, журналы и т.д.

- Были случаи, когда людям не удавалось договориться?

Это очень сложно. Бывает очень долгая борьба.

- Органы власти обсуждают национальные вопросы только через Ассамблею?

Да. Ассамблея, это законный представитель народов, выражающий их интересы. Все лидеры национальных общин входят в Совет, управляющие органы. Они совместно принимают решения, которые удовлетворяют всех.

- Я должна встретиться с представителями еврейской национальности. Я была удивлена, когда увидела на сайте, что у них очень много организаций…

Да, у них много благотворительных организаций. Это их дело, их воля, они могут хоть двадцать организаций создать. В Ассамблею входит только один руководитель еврейской НКА, а там они сами договариваются. У евреев есть необходимость создания ряда организаций, потому что у них разные фонды, разная работа. Но когда речь идёт о том, чтобы Ассамблее принять какое-то заявление по поводу серьёзных событий, то приходит одни еврей, один казах, киргиз и т.д.

- Что вы думаете об отношении широкой общественности к НКА?

Во-первых, с общественностью мы встречаемся «вживую» на больших праздниках. Мы выстраиваем многонациональные городки (показывает фотографии). Тысячи людей приходят и знакомятся (с культурой народов). Мы показываем, что мы есть, свои традиции. Во-вторых, достаточно часто идут новостные программы по телевидению, радио. Таким образом, осуществляется связь с широкой общественностью. То, что мы не занимаемся политикой, это плюс, мы не попадаем в передряги. Там где политика, там всегда интриги и прочее. Мы от этого избавлены. Межэтнические проблемы не терпят всяких экспериментов, они очень взрывоопасны.

- Влияет ли система НКА на национальную политику на федеральном уровне?

Существует Ассамблея народов России. Когда она была создана в 1995 году, мы были одними из первых её учредителей. В масштабах России, это то же самое что мы (в Татарстане). Если у нас есть полное взаимопонимание с властями, полное сотрудничество и реальное материальное содержание, то там, к сожалению, этого нет вообще. Рамазан Гаджимурадович Абдулатипов говорил, что если бы ему несколько миллионов дали, он создал бы Ассамблею народов России и т.д. Она работает чисто на энтузиазме людей. На федеральном уровне нет, к сожалению, такого чёткого понимания и взаимопомощи. Нужны реальные финансовые, материальные вложения. Нужно выпускать газеты, проводить фестивали, проводить круглые столы с МВД, УФМС (Управление Федеральной миграционной службы). Это всё требует средств. Чтобы собрать девять министерств нужно же здание иметь, протокол написать, потом его исполнять. Это то же самое что и министерство, но с отличием. Министерство это чиновничий, бездушный подход. В этом есть позитивные стороны и негативные. А в общественном тоже есть негатив – я ни за что не отвечаю! Я общественник, если я что-то не сделал, то мне ничего не будет.

- Значит ваши цели, вашу программу вы смоги реализовать в Татарстане, но на федеральном уровне это гораздо труднее?

Конечно. Сейчас создано Агентство по делам национальностей, будет работать, посмотрим… Наши «тузы», аксакалы высказались по этому поводу. Именно эти люди Абдулатипов, Михайлов, Зорин, Тишков, в конечном итоге, определяют. Это эксперты, которые глубоко понимают межэтнические проблемы. Именно их усилиями на федеральном уровне двигаются эти проблемы. Это татарстанская модель, общественно-государственное решение проблем. Общественность совместно с властями, т.к. без средств, без поддержки она одна не сможет что-то сделать. Взаимодействие структур. Татарстан показал, что это можно делать.

Беседовала Федерика Прима, Университет Глазго, Шотландия